Oct 032011
 

Опыт прочтения рассказа Анны Агнич «В консервной банке»

«Старшина Миклевин воткнул армейский нож в податливую жесть и, ловко ведя лезвие по кругу, вскрыл банку болгарского лечо. В голове мгновенно сложилась картинка, даже целый мультфильм. Будто он отгибает жестяной кружок, заглядывает в банку, но лечо там нет, а есть фигурка с жестянкой в руках. Маленький человек пялится в свою совсем уж крошечную банку, поднимает голову и смотрит Миклевину прямо в глаза. Старшину пронзает догадка: он медленно поднимает голову и вместо потолка видит над собой зазубренную дыру и немигающие глаза на огромном лице. Великан в свою очередь поднимает взгляд…»

Такой странный случай произошел с главным героем. Удивившая его картинка не исчезла. С этого момента и до самой кончины, чтобы ни делал старшина Миклевин, он делал это в компании своих разнокалиберных близнецов, повторяющих каждый его жест. Это событие легло в основу рассказа Анны Агнич «В консервной банке», оно же, собственно, и является его содержанием.

Рассказ похож на прелестную вещицу или забавную штучку или на что-то в этом роде. До крайности простая и до такой же крайности замысловатая история. Первое впечатление от чтения сродни детской радости при виде диковинной игрушки. Но поскольку я давно уже не дитя, а рецензент, мои восторги утратили былую непосредственность, зато обрели патологическую подозрительность, с которой я всматриваюсь в каждый абзац, в надежде понять, «как оно работает?»

Я ринулась на поиски сюжета, но притормозила по причине отсутствия такового. Цепочка Миклевиных, явившихся к герою, не послужила пружиной для действия, не породила никаких событий и мало что изменила в жизни самого Миклевина, за исключением того, что озадаченный постоянным присутствием необычного окружения, он быстро оценил преимущество своего нового положения. Теперь ему всегда было с кем выпить, а исполнение супружеского долга за компанию с остальными «Миклевиными» стало происходить более результативно. Старшина ничего не изменил в своем жизненном укладе – ни работу, ни жену, ни привычки. Он даже дослужился до капитана, а в финале цепочка его близнецов не прекратила существовать, невзирая на смерть героя.

Сакраментальный вопрос: Что хотел сказать автор своим произведением? С тех пор, как я окончила школу, мое отношение к этому вопросу изменилось – он начал мне нравиться, а задачка «угадай намерение автора» стала представляться по-настоящему занимательной. Интрига в том, что авторы вообще могут обходиться безо всяких намерений. Могут просто пошутить, а потом наблюдать «из паццтола», как критики корчатся в поисках глубинного смысла их новорожденного опуса. А еще могут написать первое, что взбрело им в голову, не обременяя себя идеями, и тогда на свет является поток сознания, зафиксированный вордом в момент отхода автора ко сну.

Последний вариант я отмела как не имеющий отношения к данному случаю, по той причине, что повествование Анны Агнич сияет ничем не замутненной логикой. Старшина Миклевин ведет себя в соответствии со своим званием и служебным положением, не изменяет своим маленьким слабостям и чужд бредовым идеям. Снисходительная симпатия автора к герою неведомым образом распространяется и на читателя. И когда ему становится не подсилу вообразить, или осознать «цепочку Миклевина», читатель не раздражается, не волнуется и не боится быть уличенным в невежестве.

Какие мысли роились в голове автора, когда он затевал этот рассказ? С какой целью поставил он старшину Миклевина во главе бесконечной цепочки?

«Кто ищет – тот всегда найдет!» – эти бессмертные слова Лебедева-Кумача сказаны о литературных критиках. Критики – круче кладоискателей – в любом месте они найдет всё, что им захочется. Поэтому даже в консервной банке, которую подсунула им Анна Агнич, они смогли обнаружить «макро и микромиры», «пропорции созерцания», «сигналы из мозга», «причинность» и «мироздание», концепции современного естествознания всех мастей, «бесконечные прямые», «классический детерминизм», Эдипа с Эйнштейном и диплодоков с сороконожками. Таким образом, автор был уличен не только в замахе на Альберта нашего Эйнштейна, но и попытке создать новую философию.

Поговорить о физике явления можно по прочтении любого произведения, было бы желание поделиться своим глубоким знанием предмета. Художественная литература умеет играть в игры разума, даже иногда балует читателя научными парадоксами, но, как ни крути, главной ее целью был и остается человек. В данном случае старшина Миклевин, который однажды узнал, что он звено в длинной цепочке. Не просто один из Миклевинов, а Миклевин, начинающий бесконечную череду своих близнецов. «Внутри земного шара находится другой, гораздо большего размера» напоминает автор, помещая в эпиграф слова Ярослава Гашека. Мы не можем не согласиться с классиком. Тем паче наша голова, имея гораздо меньший размер, нежели земной шар может вместить себя несоизмеримо больше – все планеты существующих и несуществующих галактик со всеми населяющими их организмами, всех зверей, и всех людей, включая Миклевина и даже самого Эйнштейна вместе с его теорией относительности. Каждый из нас – житель двух миров. В одном мы живем, а другой носим в себе.

Открыв консервную банку, Миклевин совершил открытие – он не просто старшина, он – начало большой цепочки, уходящей за пределы родной военной части. Не самая впечатляющая картина, но и Миклевин – не Аристотель. Он солдат, и его картина мира проста как дислокация военной части в мирное время. А за то, что его герой оказался способным увидеть большой мир в пределах консервной банки, растрогавшийся автор наградил его долгой счастливой жизнью и званием капитана.

А почему нет? Миклевин это заслужил!

avatar

Зинаида Пурис

Окончила Куйбышевский государственный институт культуры. В настоящее время заведует вузовской библиотекой. Член клуба прозаиков «Гамбринус» при журнале «Сура» (Пенза). Автор публикаций в журналах «Сура», «Мы», альманахе «Инкарнация счастья». Зинаида Пурис стала победителем конкурса «Живые истории-2011», недавно проведенном литературным объединением «Живой звук» (администратор Татьяна Китаева) совместно с медиагруппой «Континент» на популярном международном портале Литсовет.

More Posts - Website

  2 Responses to “Зинаида Пурис. Открытие старшины Миклевина”

  1. avatar

    Спасибо, Зинаида! Хорошо, когда тебя понимают. Эта рецензия сама по себе интересна – она простая и сложная, философская и шутливая, ясная и многослойная. Вы растолковали мой замысел лучше, чем это могла бы сделать я сама, если бы мне пришло в голову объяснять, в чем, собственно, идея рассказа.
    Да, огромное спасибо за то, что вы так добры к Миклевину – он этого заслужил.

  2. avatar

    Спасибо вам, Анна, за прекрасный рассказ, а Миклевину за то, что подвигнул меня на размышления!

Оставьте комментарий