Oct 172012
 

Музей невинности28 апреля 2012 года в Стамбуле открылся  Музей невинности, созданный Орханом Памуком. (из газет).

«Что за странное название и что может быть в этом музее?» – скорее всего, только этот вопрос и мелькнет в голове несведущего человека. А у меня эти две строчки вызвали бурю эмоций. Вмиг вспыхнули воспоминания о внезапной моей увлечённости… Начать, однако, нужно с того, что неугомонный Виктор Иванович Глушаков, основатель и директор музея Паустовского в Одессе, задумал провести международную конференцию, посвященную 70-леию со дня выхода в свет повести Константина Георгиевича «Чёрное море» ближе, так сказать, к первоисточнику. Судоходная компания «Укрферри» пошла навстречу. И вот мы – ученые-филологи, преподаватели университетов и школ, журналисты – любуемся с палубы парома «Каледония», бойко идущего по маршруту «Одесса-Стамбул», белым кружевом пены за кормой, мгновенным полетом вынырнувших афалин, черным с белыми прожилками мрамором ночных волн вдалеке от борта.

Жаль, но придется наступить на горло собственной песне. Предисловие не следует затягивать.

Итак, Стамбул. Красоты его известны. Для одесситов съездить в Турцию – что на рынок «Седьмой километр». Взять хотя бы тот факт, что путеводитель «Стамбул за два дня» написал одессит Закир Калмыков (с ним мы познакомились в этом путешествии). Не стану повторять растиражированные описания красот мощной Айя-Софии, затейливой Голубой мечети, роскошных дворцов Топкапы, гробницы Роксоланы и прочего. Лишь несколько импрессионистических штрихов, выражающих скорее эмоции, чем видимое глазу. Помнится, как пронзила меня загадочность чёрных омутов в подземном хранилище воды Йеребатан, где жёлтыми хризантемами вспыхивали отражения светильников… Как захватило дух от круговой панорамы Стамбула, открывающейся с Галатской башни… Как защемило сердце в бесшумном голубом трамвае от нежного названия улицы – «Лалели». Но – странное дело! – сколь ярки были впечатления о городе, столь чужими и непонятными остались люди. Запомнилась только масса клерков, спешащих на работу в стандартных чёрных костюмах, женщины в хиджабах по дороге на рынок, жирные коты у ведер с уловом на Галатском мосту.

Cпустя месяц в Одессе я увидела книгу «Стамбул: город воспоминаний». 2003 год. Автор Орхан Памук. Это имя мне ничего не говорило. Но разве можно пройти мимо сочинения, напоминающего о путешествии!

Во вступлении говорилось, что Орхан Памук – выдающийся представитель современной турецкой и мировой литературы. Что он своими книгами открыл для мира Турцию. Что на родине его подвергают преследованиям за признание (вопреки официальной идеологии) геноцида армян в 1915 году. На обложке – фотография автора.. Европейский костюм, очки в тонкой оправе… Его облик дышал интеллигентностью, достоинством. Хотелось смотреть и смотреть в его глаза.

А роман?

Я влезла в него по уши. Меня словно втянуло в воронку, где вязкая вода медленно, тягуче, но притягательно заставляла идти по её течению. То была автобиография Памука, рождённого в состоятельной семье стамбульцев в 1952 году. Изложение жизни – его, родителей, многочисленной родни вплетено в ткань повествования о городе – рассказе неспешном, с бытовыми подробностями, с передачей собственных ощущений – вплоть до запаха и вкуса.

Поколение Памука выросло в напряжённое для Турции время реформ – после прихода в 1925 году к власти Мустафы Кемаля Ататюрка, ставшего национальным лидером. Шла затянувшаяся, невидимая чужому глазу, но упорная борьба вековых традиций османской империи, основанных на султанате и мусульманской культуре, с демократией и культурой европейского типа, которую настойчиво и жёстко внедрял Ататюрк. На неё накладывалось извечное противостояние христианской и мусульманской религий. Константинополь (Царьград) и Стамбул так и не стали едины, хотя каждый день шустрые катера перевозят рабочих по Босфору из Европы в Азию и обратно. Из развалин христианских храмов проросли иные святыни. Однако дух Турции – это не дух торжествующего победителя. Как пишет Памук, «после распада Османской империи мир почти забыл о Стамбуле. Мой город был как никогда бедным, заброшенным и одиноким. Для меня он всегда останется городом руин и меланхолии имперского заката. И я всю жизнь боролся с этой меланхолией или же (как многие стамбульцы), сживаюсь с ней». Это состояние писатель определяет турецким словом «хюзюн» – грусть, печаль.

Однако летописец города поэтизирует подобный настрой, приводит читателя в умиление и удивление, а отнюдь не к ощущению унижающего сострадания. Каждая страница книги распахивала для меня двери и окна стамбульских семейств. Я изнутри видела их ежедневную жизнь, наблюдала нравы, привычки, конфликты, любовные сцены. Понимала чуждую речь и неизменно грустные напевы. Шла через лабиринты человеческих судеб и страстей. Порой было ощущение, что я становилась частицей того существования. И я все сильнее понимала, что сущность человека одинакова, где бы он ни жил, к какой бы расе ни принадлежал.

ТАК мог показать жизнь только большой писатель.

После книги «Стамбул: город воспоминаний» талант Памука был безоговорочно признан и читателями, и критиками, и литераторами. Писатель является лауреатом многочисленных национальных и международных литературных премий. Его книги переведены более чем на 50 языков. В 2006 году ему была присуждена Нобелевская премия по литературе с формулировкой: «Автору, который в поисках меланхолической души родного города нашел новые символы для столкновения и переплетения культур». Вполне заслуженная награда, без вмешательства политической конъюнктуры и личных симпатий!

А теперь – об уникальной особенности творчества Орхана Памука.

Она в том, что автор приковывает наше внимание к тысячам мелочей. Словно лучом фонарика, он высвечивает на страницах книг мелкие предметы быта. В комнатах – статуэтки, книги, джезвы, часы, лампы, шкатулки, фотографии на стенах, безделушки, трубки, календари, флаконы духов и пудреницы на туалетных столиках…В театрах – афиши и программки, монокли, ордена мужчин и украшения на дамах… В ресторанах – меню, пепельницы, сигареты и вина, бокалы, тарелки, салфетки, ножи и ножички… Каждую вещь Памук описывает так подробно и вкусно, что вспоминается выражение Р. М. Рильке: предмет, включённый художником в натюрморт, становится личностью. А среда, в которую Памуком вещи включены, становится для читателей почти осязаемой и потому потрясающе убедительной.

Откуда такая любовь к вещному миру? Откуда такое его знание?

Сам Памук говорит, что в нем с детства живет страсть к собиранию предметов быта. Сначала он загромождал ими дом, затем стаскивал в нежилую квартиру. С годами набор вещиц сам собой превратился в коллекцию, а коллекция – в символику жизни стамбульцев 50-х —2000-х годов ХХ века.

Я принялась читать другие произведения Памука – «Белую башню», «Снег», «Чёрную книгу», «Меня зовут Красный». (Интересно – почти все названия «окрашены» в разные цвета – и не случайно: Орхан с детства любил живопись, учился на архитектурном факультете). Некоторые из них трудно назвать романами, так сплавлен сюжет с легендами, летописями, философскими и религиозными трудами (коих он великий знаток). Другие романы остро современны. Трудно разобраться в действиях и воззрениях различных политических сил турецкого общества, однако, по сути это имеющая политический оттенок та же борьба патриархального и модернового, Востока и Запада. И во всех произведениях Памук снова и снова возвращает нас в Стамбул, в районы Бейоглу и Нишанташи, где прошло его детство, в лавку старьёвщика Аладдина, где он покупал шарики, переводные картинки, копеечные игрушки, пожелтелые номера старых газет и журналов (оказавшиеся впоследствии для него бесценным источником изучения той жизни).

В 2008 году промелькнула информация, что писатель после десятилетней работы выпускает новый роман – «Музей невинности». Название поставило меня в тупик непонятностью смысла, но разбудило жгучее любопытство. Читать, читать! Вскоре вышел перевод на русский (произведения Памука переводчики и издатели расхватывают на корню).

Я как раз опять собиралась в Стамбул – на этот раз с группой одесских художников. И надо же – мне с проводником передает эту книгу приятельница из Москвы, знающая о моей увлеченности. Роман оказался толстенным, в 600 страниц. Дома я успела «проглотить» страниц сто, дочитывала в дороге. Для меня уже не существовало ночное море, солнечные ванны на верхней палубе, вечерние разговоры. Я читала. Взахлёб.

Сюжет романа: Кемаль, молодой представитель империи текстильных «королей», (кстати, «памук» – это «хлопок»), преуспевающий, готовится к помолвке с красавицей-аристократкой, вернувшейся после Сорбонны. Однажды он заходит в галантерейный магазинчик за подарком для невесты и видит за прилавком Фюсун, родственницу, которую можно назвать «седьмая вода на киселе». Когда-то они вместе катались на детских велосипедах, а сейчас, в 18 лет, она стала на редкость привлекательной, даже участвовала в конкурсе красоты. Кемаль мгновенно влюбляется в неё. Она же, оказывается, давно любит его. Начинается их страстный роман.

Однажды после ухода Фюсун с любовного свидания герой обнаруживает в простыне её серёжку с заглавной буквой имени. Машинально он прячет её в карман пиджака. Так начинается завязка – не сюжета, а смысла книги.

Кемаль не думает отказываться от женитьбы, полагая, что Фюзун останется его любовницей. Однако на следующий день после свадьбы она исчезает. Жизнь Кемаля превращается в поиск утраченной любви. Рушится его карьера, распадается брак – это для него уже не ценности. Серёжка Фюсун становится единственным материальным воспоминанием об их любви. Да, обнаруживает он, осталась ещё заколка, пепельница, в которую его возлюбленная лёгким движением руки стряхивала пепел, есть чашка, из которой она пила кофе.

Герой романа начинает собирать вещицы любимой, как это делал когда-то Флобер. Он обходит места, где бывал с Фюсун – рестораны, кинотеатры, пляжи, кофейни, варьете, и отовсюду похищает мелочи, так или иначе связанные с любимой. Потом ареал его поисков расширяется. Он с упорством маньяка собирает все, чего могла коснуться рука Фюсун или на что упал её взор.

Наконец её подруга выдает тайну и сообщает адрес. И вот герой переступает порог дома, где Фюсун живет с родителями. Она встречает его с равнодушным спокойствием и знакомит с мужем. Кемаль находит любимую ещё более прекрасной. Он начинает проводить вечера в этом доме, благо, родители принимают его как родственника. Такие вечера длятся семь лет! «Статус-кво» только однажды нарушает просьба Фюсун дать деньги на фильм, где муж – автор сценария и режиссер, а она будет играть главную роль. Кемаль готов стать спонсором, но, оказывается, и он, и муж не хотят, чтобы Фюсун окунулась в мир богемы. Под разными предлогами он не даёт денег.

Все эти годы Кемаль тайно выносит из дома безделушки, заменяя их покупными. Семейство делает вид, что ничего не замечает. Необычно описывает автор эти обычные бесконечные вечера. Например, есть глава, которая называется «Иногда». Вот небольшой отрывок: «Иногда мы ничего не делали и сидели молча. Иногда Тарык-бею, да и всем нам, передача казалась скучной, и он принимался читать газету. Иногда вниз по улице с шумом, гудя, ехал автомобиль, а мы замолкали. Иногда шёл дождь, и мы прислушивались к ударам капель по стеклу. Иногда тетя Несибе, забывала, что в пепельнице – недокуренная сигарета, и закуривала на кухне ещё одну. Иногда в рекламе по телевидению показывалась женщина, которая расхваливала именно то, что мы ели за ужином. Иногда вдали раздавался взрыв. Иногда Фюсун так изящно зевала, и все на свете для меня прекращало существовать, я представлял, что во вздохе из глубин ее души исходит покой, как прохладная вода из колодца в летний день».

Отчего не надоедает это бытописание? Оттого, что проза Памука обладает неизъяснимым волшебством. К ней не приклеишь литературоведческий ярлык. Могу сказать одно: писатель достиг высшей степени творческой свободы, когда техника растворяется в мастерстве …

Кемаль узнаёт, что «муж» – просто друг детства Фюсун, брак их фиктивен, чтобы она могла потом выйти замуж, будучи женщиной (добрачные отношения в те годы сурово осуждались). Такое известие побуждает Кемаля сделать ей предложение руки и сердца. Она раздумывает.

Заканчивала я чтение, когда уже показался Золотой рог, потянулись прилепившиеся друг к другу особняки на набережной. А я переживала трагическую гибель (или самоубийство?) героини романа.

Кемаль в память о любимой он решает купить дом родителей Фюсун и превратить его в музей того, что её окружало, в Музей невинности. Памук изобразил в романе и себя – как архитектора, которому Кемаль рассказал историю своей любви и попросил помочь создать экспозицию. На последних страницах книги указывался адрес музея, подробный план района и даже образец входного билета…

Нужно ли говорить, что на следующее утро я с книжкой подмышкой отправилась в Музей невинности? Прохожие старательно всматривались в план и где на плохом английском, где жестами указывали мне путь. Оказалось, Чукурджума находится не так уж далеко от причала, где ошвартовался наш паром.

Вверх, вверх по щербатым ступеням лестницы, булыжникам мостовой, мимо глухонемого старика, который на мой вопрос только развел руками и улыбнулся, мимо антикварной лавчонки (не Аладдина ли?), мимо витрины с лепешками, густо обсыпанными кунжутом. Вот и он, дом, который я ищу. Двухэтажный – верхний этаж с эркером значительно солидней, чем первый. Здесь семь лет происходили встречи Кемаля и Фюсун.

Где же вход в музей?

Все двери наглухо заперты, большие окна забиты досками…Я заглянула в щель и увидела пустую бутылку из-под лимонада, тряпьё, бумажки. В чем дело? Кого спросить? Навстречу мне шла турчанка, закутанная в чёрное с головы до ног. Что ей скажет пароль «Орхан Памук»?

Трудно передать разочарование, которое я испытала. Неужели это фантом, плод творческого воображения писателя? Зачем тогда конкретный адрес? Я ничего не понимала. Покинула Стамбул с чувством досады.

Вскоре Памук приехал в Москву на презентацию романа и встретился с читателями в книжном магазине на Арбате. Так я впервые увидела и услышала его по телевидению. Я нашла в Интернете его сайт и поспросила раскрыть тайну дома. Конечно, моё письмо затерялось в обильной почте мэтра.

И вот тайна раскрыта. Памук, как он сам рассказал на сайте, работал эти годы над экспозицией будущего Музея невинности, к тому же, были финансовые трудности, хотя он всю Нобелевскую премию вложил в своё детище. И всё-таки, писатель добился цели! По сути, это музей того вещного мира, в котором протекала жизнь не одного поколения стамбульцев, и предметы из которой Орхан собирал долгие годы. Судя по фотографиям в Интернете, экспозицию Памук построил по его собственному принципу: «Наши музеи должны показывать нашу собственную жизнь. Чтобы гордиться ею».

Мне просто необходимо побывать третий раз в Стамбуле!

(сентябрь, 2012).

avatar

Вероника Коваль

Вероника Коваль – журналист, писатель (проза). Закончила факультет журналистики Ленинградского гос. университета и аспирантуру факультета журналистики МГУ. Кандидат филологических наук. В настоящее время – редактор отдела искусств журнала «Выставки Одессы». Издано 8 книг – документальных и художественных. Среди них – «Последний выстрел купидона», «Час птицы». «Ближе к небесам». Сборник «Твори и дари» - 40 очерков о деятелях культуры Одессы - стал названием проекта Общественной организации творческой интеллигенции «Ассамблея». В рамках проекта участвовала в организации более 20 художественных выставок и проектов. Является участником творческой группы по изданию книг, в частности, альбома о творчестве главного художника Одесского оперного театра Наталье Бевзенко-Зинкиной, который удостоен Диплома на Всеукраинском книжном форуме. Рассказы и публицистика опубликованы в газете «Всемирные одесские новости», журналах «Южное сияние», «Дерибасовская-Ришельевская», «Выставки Одессы», «Джерела», «Жанры», «Меценат и мир», «Мистецький простiр», «Дон», Международном интернет-журнале «Гостиная» (США), Живёт и работает в Одессе

More Posts

Оставьте комментарий